«Псковитянка» и «Боярыня Вера Шелога»: пьеса Л. А. Мея и либретто Н. А. Римского-Корсакова

Материалы » Камерные оперы Н.А. Римского-Корсакова: особенности воплощения литературного первоисточника » «Псковитянка» и «Боярыня Вера Шелога»: пьеса Л. А. Мея и либретто Н. А. Римского-Корсакова

Страница 5

"Боярыня, гляди-ка: подосинник.

Пойдем искать грибов.

Надежда

Ты и пошла?

Вера

Я и пошла… Давно уж это было,

А как теперь гляжу на этот лес:

Уют, прохлада

Иду… кругом грибов и ягод вдоволь…

Тут боровик, волвянка, подорешник,

Тут земляника… Тишь в лесу такая,

Что ни один листок не шелохнется…».

Как видно из текста, описание леса вполне реалистическое. Н. А. Римский-Корсаков же насыщает эту сцену метафорическим смыслом. У него лес — это другой мир, и более того — мир фантазий героини, ее стремлений, влечений. Поэтому композитор оркестровыми средствами рисует здесь фантастический пейзаж (см. Пример 36).

Также композитор опускает некоторые авторские ремарки, поскольку то или иное чувство, эмоцию можно выразить сценически: игрой, музыкально-выразительными средствами, отраженными в нотном тексте и являющимися своего рода «звучащими» ремарками. Такими указаниями Л. А. Мея, пропущенными Н. А. Римским-Корсаковым в силу специфики жанра, являются: «вскрикивает», «испуганным голосом», «рыдает», «возвышает голос», «шепотом», «оборачивается», «за сценой слышен детский крик» и др. Остальные же словесно-сценические характеристики композитор оставил без изменения.

Перекомпоновка, как принцип работы с текстом, здесь наблюдается также на словесном уровне текста. Фактором осуществления этого принципа является прежде всего словесный ритм. Перекомпоновка слов вызвана задачей подчинения драматической речи пульсу слабых и сильных долей музыки. Ритмическая размеренность, регулярное распределение акцентов характерно как для стиха, так и для прозы.

В разговоре Надежды и Веры, для достижения наиболее динамичного развития, композитор переставил строки местами, а также сократил часть диалога:

Драма Л. А. Мея

Либретто Н.А.Римского-Корсакова

Вера

Надежа! Мне не замолить греха,

Не выплакать у господа прощенья!

Надежда

Зачем же так отчаиваться, Вера?

У господа и слезы на счету…

Вера

Не смыть слезам с души любви проклятой,

Не смыть со щек проклятых поцелуев

Любовника…

Вера

Надежда. Мне не замолить греха,

Не выплакать у господа прощенья!

Не смыть с души моей любви проклятой,

Не смыть со щек проклятых поцелуев любовника!

Надежда

У господа и слезы на счету.

Перекомпоновка текста и отбор лексики были направлены на углубление содержания, обобщение и возвышение характеров до подлинно философского уровня. Благодаря тому, что Н. А. Римский-Корсаков убрал слово «слезам» во фразе «не смыть слезам с души любви проклятой», речь героини стала более серьезной, драматичной. Композитор таким образом достиг поистине шекспировского уровня трагедии.

Работая с этим фрагментом текста, Н. А. Римский-Корсаков стремился к концентрации, обусловленный взаимодействием словесной и музыкальной драматургии. Здесь осуществляется концентрация идеи и смысла через слово. Она проявляется в таком составлении фраз, при котором смысл, заключенный в нескольких фразах, сосредоточивается и передается словами одного персонажа.

Кроме того, композитор убирает несколько однотипных персонажей, оставив лишь один. Это также является типичным при переработке драматического текста в оперное либретто[48]. Так, в драме Л. А. Мея «Псковитянка» присутствуют несколько мамок, а в Прологе участвует лишь одна из них — Перфильевна. Н. А. Римский-Корсаков в опере «Боярыня Вера Шелога» заменяет ее Власьевной. С одной стороны, сокращение числа персонажей способствует концентрации оперного действия; а с другой — заменяя одно имя на другое — более простое и ясное с фонетической стороны, Н. А. Римский-Корсаков достигает удобного произнесения и, соответственно, пропевания.

В ряде случаев композитор вместо устаревшего, потерявшего смысловую нагрузку слова применяет другое, более понятное слушателю, тем самым приближая оперный язык к современности. Например, вышедшее из употребления слово «пащенок»[49], произнесенное боярином Шелогой, композитор заменяет на «ребенок». Также замена одного слова другим исходила из несколько иной, нежели у Л. А. Мея трактовки композитором образа боярина. Для того чтобы вывести более ярко образ главной героини, композитор несколько «приглушает» характеристики остальных персонажей. Это коснулось и боярина Шелоги, который у Л. А. Мея выписан значительно более сильным, жестким, даже грубым, чем в опере. Заменив негативное слово «пащенок» нейтральным «ребенок», Н. А. Римский-Корсаков тем самым смягчил образ боярина Шелоги. Но, тем не менее, следует отметить, что некоторые постановщики в исполнении обращаются к первоначальному варианту и произносят меевское слово «пащенок». Это, в свою очередь, наоборот накаляет обстановку и придает кульминационному концу произведения еще большую эмоциональную остроту и драматичность.

Страницы: 1 2 3 4 5 6

Разделы

Copyright © 2020 - All Rights Reserved - www.musicexplore.ru